Частные военные компании – анархия и произвол

Devon DB

Fairleigh Dickinson University

Global Research

22 мая

На протяжении последних лет частные военные компании (ЧВК) находились под пристальным вниманием как внутри государства, так и со стороны международного сообщества. Самой известной является Blackwater (переименованная в настоящее время в Xe Services) в результате своей деятельности в Ираке. ЧВК вызывают полемику, поскольку многие считают, что эти организации неподконтрольны и достаточно часто участвуют в убийстве невинных людей.

ЧВК уже потому являются большой проблемой, поскольку они представляют угрозу государственному суверенитету, а именно, роли государства в сфере контроля над своими вооружёнными силами. Поднимаются серьёзные вопросы соответствия ЧВК требованиям закона. Эти компании, помимо прочего, содействуют также поддержанию влияния транснациональных компаний в странах третьего мира.

Суверенитет государства

ЧВК представляют угрозу суверенитету государства, ставя под угрозу монополию государства на «применение военной силы». Консервативная фракция Бундестага внесла в 2004 году на рассмотрение законопроект, в котором указывалось, что приватизация военного сектора «может привести к фундаментальному изменению» отношений между вооружёнными силами государства и его правительством, поскольку «монополия государства на военную силу может быть поставлена под вопрос или даже, возможно, ликвидирована». Существование ЧВК «подмывает основу государства», когда военный сектор может сам подвергнуться ослаблению в результате свой зависимости от частных организаций в ряде вопросов, например сборе разведданных.

«Разведка является третьей по важности сферой современных военных компаний. Она включает в себя всё, от сбора информации до непосредственного шпионажа. В результате электронной революции многие фирмы сумели разработать такие технические возможности в области сбора и анализа информации, которых нет больше ни у кого, поэтому компании могут предлагать их в качестве услуг».

Тот факт, что ЧВК занимаются сбором разведданных для военных, оборачивается переходом в эти организации кадров из правительственных учреждений, в том числе из ЦРУ. Правительство также начинает зависеть от ЧВК в сфере разведки, и их влияние на Пентагон увеличивается.

Зависимость от частных компаний распространяется и на, вероятно, самый важный аспект военных действий: логистику. ЧВК предлагают услуги «от поставок туалетной бумаги до построения различного типа транспортных средств». Обслуживание военной техники также «представляет значительную часть этого спектра, будь то ремонт автотранспорта, вертолётоносцев или других типов военных самолётов».

Вопросы законности

Существуют серьёзные вопросы законности действий частных компаний в странах своего присутствия. Один из примеров относится к инциденту, произошедшему в 2004 году в Ираке, когда сотрудники компании Blackwater вошли в Фаллуджу и «под предлогом поиска террористов осуществили ночные облавы, в ходе которых ненадлежащим образом обращались с женщинами и детьми, пытали и убили иракских мужчин и мальчиков-подростков». Местные иракцы учинили самосуд, в результате которого сотрудники Blackwater были убиты. Можно по-разному относиться к действиям иракцев, но надо отметить, что случившееся было единственным правосудием, свершённым над сотрудниками за их преступления.

Расследовать действия ЧВК чрезвычайно сложно ввиду гарантированной им правительственными контрактами секретности, а также того, что они не несут ответственности перед военными США и «получают приказы непосредственно из Пентагона, а министерство обороны и штаб-квартиры соответствующих компаний держат рот на замке».

Секретность начинается с самих контрактов, из которых правительство исключает определённые установленные законом положения о конкретной деятельности компаний, конкретных методах её осуществления и действиях в тех случаях, если компании должны будут понести ответственность в рамках закона. Рольф Уэсселер приводит следующий пример:

«Компания DynCorp получила контракт на более чем один миллион долларов от Государственного департамента США для организации системы уголовного правосудия Ирака. В июне 2004 года четверо её сотрудников, хорошо вооружённые, в камуфляжной экипировке, возглавили облаву иракской полиции на бывшего ссыльного иракского лидера Ахмеда Чалаби. То, что эта акция отражала сущность исходного контракта, вызывает сомнение. Но тот факт, что компания DynCorp не получила никакого официального предупреждения, говорит о том, что контракт носит достаточно расплывчатый характер, чтобы позволять такого рода «нарушения».

На государственном уровне ситуация ещё более усугубляется.  В США невозможно привлечь к ответственности какую-либо частную компанию. Стороны, выдающие «контракт едва ли способны на осуществление какого-либо контроля, потому что, к примеру, они сидят в Вашингтоне, а государственные военные, которые в состоянии выполнять надзор, мало заинтересованы в том, чтобы нянчить рядовых, не входящих в структуру командования». Таким образом, военные делать этого не могут, а от Конгресса в данном случае помощи никакой, поскольку он не выделяет средств для соответствующего контроля над частными компаниями, что позволяет последним «существовать в положении, близком к анархии и произволу».

Действия частных компаний и их штатных сотрудников «не регулируются строгими нормами, которые определяли бы их конечную подотчётность». Частные компании ограничиваются заявлениями о намерении «инструктировать своих штатных сотрудников о необходимости уважения законов государства и международных стандартов прав человека». Даже в случае серьёзного преступления государство ничего не может сделать, поскольку наёмники имеют существенную защиту. «Приняв 17 июня 2003 года Порядок Временной администрации сил коалиции в Ираке временное правительство Ирака предоставило иммунитет от уголовного преследования всем штатным сотрудникам, действующим от лица сил коалиции, в том числе сотрудникам ЧВК». Это позволяет ЧВК в буквальном смысле делать всё, что они захотят, в том числе применять пытки и убивать мирное население, не неся при этом никакой ответственности.

На международном уровне такая ситуация может быстро осложниться. Женевская Конвенция ясно различает мирное население и вооружённых комбатантов. Однако сотрудники частных компаний не являются гражданским населением, «поскольку они являются участниками военной системы, работают на правительство и часто вооружены». Женевская Конвенция определяет комбатантов как «людей, которые непосредственно и активным образом участвуют в военных действиях», однако, новые формы ведения войны вносят неопределённость в это понятие. «Наглядный пример: рядовой, находящийся во Флориде, который нажимает на кнопку, в результате чего Афганистан подвергается ковровой бомбардировке, принимает участие в войне только косвенным образом, в то время как солдат, находящийся на действительной военной службе, который занимается в Афганистане доставкой снабжения, принимает непосредственное участие в военных действиях».

Вопросы законности действий частных рядовых должны быть решены на международном уровне, поскольку в настоящее время они занимают неопределённое положение в правовой системе.

Страны третьего мира

ЧВК готовы вести дела со всеми, кто может оплатить их услуги, от правительств до неправительственных организаций и повстанческих движений. ЧВК охотно выполняют заказы других компаний, в процессе которых помогают американским корпорациям сохранять их неправомерное влияние на страны третьего мира.

Одним из главных примеров является Колумбия. С точки зрения американских корпораций, группировки ФАРК и ЭЛН угрожают нарушить существующий статус кво. Чтобы это исправить, «лоббисты американских компаний, ведущих активную деятельность в Колумбии, прежде всего, нефтяных, военных и торгующих оружием компаний, сделали взнос в размере 6 миллионов долларов в пользу проведения кампании с целью убедить Конгресс США принять «План Колумбия», который общественности представили как гуманитарную программу помощи охваченной кризисом латиноамериканской стране. Однако из 1,3 миллиардов долларов, выделенных в рамках программы, правительство Колумбии на улучшение своей инфраструктуры безопасности получило лишь 13%. Остальное осело в американских фирмах».

Поскольку бóльшая часть выделенных средств была направлена американским фирмам, напрашивается вопрос – чем именно занимались эти ЧВК в Колумбии? Они много чем там занимались, в конечном итоге, помогая американским корпорациям сохранить своё влияние в этой стране. К примеру, ЧВК «собирали через спутник или путём разведывательных полётов информацию о передвижении партизанских групп, чтобы потом передать её военным. Они внедряли своих информаторов в рабочие движения или население в деревнях, а затем передавали информацию полиции и военным формированиям». В качестве контраргумента можно привести тот факт, что ФАРК и ЭЛН признаны в США террористическими организациями, поэтому Америка заинтересована предоставить помощь для их уничтожения, однако, здесь не учитывается, почему ФАРК атакует американские корпорации. «Их атаки на бизнес в основном направлены на транснациональные нефтяные компании, с той целью, по их словам, чтобы прибыль от продажи колумбийской нефти шла государству, а не олигархам, членам правительства и высокопоставленным военным руководителям».

Сохраняя корпоративные интересы США в Колумбии, ЧВК содействуют уничтожению левых движений и поддерживают правительства правого толка. Ситуация напоминает эпоху Холодной войны, когда США содействовали свержению левых правительств и ставили у власти военных диктаторов, что позволило американским корпорациям войти в эти страны. Сейчас мы наблюдаем просто обновлённую версию.

Источник

Rolf Uesseler, Servants of War: Private Military Corporations and the Profit of Conflict, trans. Jefferson Chase (Brooklyn, New York: Soft Skull Press, 2008)