Саиф Каддафи: я могу вас простить, но я никогда не забуду того, что вы сделали

«Это урок для всех – вы должны быть сильными и никогда им не доверять. Вы всегда должны быть начеку, потому что у этих людей нет друзей. Они в одночасье поменяли своё мнение и начали нас бомбить. И такое может произойти с каждой страной».

Интервью Саифа Каддафи Russia Today

Мария Финошина: «В 2008 году вас радушно принимали в Лондоне, Тони Блэр пожимал руку вашему отцу, вы получили докторскую степень в Школе экономики Лондона, а сейчас, три года спустя, для СМИ вы – злодей, НАТО стремится уничтожить вас в собственной стране, расколотой гражданской войной. Как вы считаете, почему в вашей судьбе наступил такой поворот?»

Саиф Каддафи: «Это хороший урок для всех, как для нас, так и для других людей. Мы получали сообщения из многих стран. Из Ирана и Северной Кореи нам говорили – «ливийцы, это ваша ошибка. Вы отказались от производства оружия массового поражения, вы перестали выпускать ракеты дальнего действия, вы завели близкую дружбу с Западом -  и вот результат». Поэтому, это урок для всех – вы должны быть сильными и никогда им не доверять. Вы всегда должны быть начеку, потому что у этих людей нет друзей. Они в одночасье поменяли своё мнение и начали нас бомбить. И такое может произойти с каждой страной».

Мария Финошина: «Если говорить об ошибках и уроках – чтобы бы вы сделали иначе?»

Саиф Каддафи: «Одна из наших больших ошибок – мы отложили приобретение современного оружия, особенно российского. Это было большой ошибкой. Мы отложили начало формирования сильной армии, потому что полагали, что нам больше не придётся воевать – американцы теперь наши друзья. Мы считали, что все проблемы решены, и наша страна стала мирной. Больше не будет оружия массового поражения, Локерби, у нас нормальные отношения, мы делаем вместе бизнес. Наша ошибка заключалась в том, что мы были очень толерантны по отношению к нашим врагам. Поэтому сейчас все винят меня в том, что мои хорошие отношения со всеми, моя терпимость по отношению к ним позволили врагам внедриться в нашу страну – и вот вам результат».

Мария Финошина: «Международный Уголовный Суд обвиняет вас в создании, цитирую – «государственного политического курса, направленного на уничтожение любыми способами, в том числе с применением силы со смертельным исходом, начавшихся 20 февраля 2011 года демонстраций мирного населения, выступавшего против режима Каддафи». Существует ли эта политика на самом деле?»

Саиф Каддафи: «Они обвиняют меня в убийстве людей. Все знают, даже повстанцы, что я не военный человек и не состою в правительстве. Поэтому предъявлять мне обвинения в несении ответственности за убийства людей – это анекдот. По состоянию на второе июля число погибших с начала волнений – 159 человек. Большинство из них погибло при штурмах военных объектов, это произошло бы в любой другой стране – России, Америке, Франции, Германии, Италии. Если люди двигаются в направлении военных объектов с целью захвата оружия, армия будет им противостоять. Это то, что произошло в Бенгази».

Мария Финошина: «Кто были эти люди?»

Саиф Каддафи: «Позднее мы узнали, что большинство из них являются членами исламистских групп. Но было уже поздно».

Мария Финошина: «Я задам прямой вопрос – вы или ваш отец отдавали приказ убивать демонстрантов?»

Саиф Каддафи: «Конечно, нет. Это во-первых. Во-вторых, мой отец звонил генералу Абдуле Фата, который сейчас находится в Бенгази и является один из лидеров повстанцев. Отец звонил ему, я звонил ему – все звонки записаны. Мы неоднократно говорили ему - не используй против людей армию. На что он нам ответил, что они нападают на военные объекты, и ситуация очень сложная».

Мария Финошина: «Так кто отдавал приказ?»

Саиф Каддафи: «Никто не отдавал. Караул отстреливался, вот и всё. Он был застан врасплох, и начал стрельбу. Караулу не нужен отдельный приказ для защиты арсеналов и гарнизонов».

Мария Финошина: «Какова цель этой войны? Если НАТО стремится уничтожить вашего отца?»

Саиф Каддафи: «Это суд Микки Маусов. Приговор нам уже вынесен. Они явились за расправой, приняв решение убить меня и моего отца. И они убили моего брата. И уничтожили мой дом. Решение суда нужно, чтобы нас казнить. Теперь они говорят о необходимости меня арестовать – а всего три месяца назад они решили меня убить и преследуют меня каждый день с надеждой уничтожить. Это во-первых. Во-вторых, этот суд – фальшивка, потому что за кулисами они пытаются вести с нами переговоры и заключить сделку, которая, если мы на неё согласимся, решит проблему с судом. Что это значит – а то, что суд этот контролируется государствами, которые напали на нас. Суд – это психологическое и политическое давление на нас. И более ничего».

Мария Финошина: «Вы сказали, что НАТО стремится уничтожить вас?»

Саиф Каддафи: «Сегодня очень жарко, и я был на пляже – купался и ловил рыбу. Я в своей стране, мы наслаждаемся жизнью, боремся за свою землю, живём среди нашего народа. Если мы умрём, то отправимся на небеса. Подумаешь, НАТО».

Мария Финошина: «НАТО бомбит Ливию, и ливийское правительство утверждает, что с начала марта в результате военной операции погибло более 900 человек, в то время как НАТО признало 9 жертв среди мирного населения».

Саиф Каддафи: «НАТО разрушило наш дом, который стоял в жилом квартале, рядом была небольшая школа. В дом попала ракета, в результате чего погиб мой брат - мирный молодой человек, не участвовавший в войне или политике. Он учился в Германии, из-за войны он вернулся в Ливию. НАТО же заявило, что нанесло удар по центру командования – в доме было две спальни, кухня, гостиная. Это был небольшой дом. Это пример из моей семьи. Чего уж говорить о других. Неделю назад они нанесли удар по дому друга моего отца – была убита вся семья. Погибла беременная женщина, две девочки. НАТО опять заявило – «мы нанесли удар по военному объекту». Беременная женщина и два ребёнка командуют ливийской армией? Ради бога, что за глупость. Позорище для НАТО. У них только одна цель – эта страна, которая является лакомым куском. Богатая газом и нефтью страна, с активами на сотни миллиардов долларов за границей. И мы (НАТО) должны иметь свой кусок пирога. В этом всё дело. Нам надо избавиться от Каддафи, потому что он – единственное препятствие между нами и жирным пирогом. Картина очень проста».

Мария Финошина: «Некоторые люди считают, что если Каддафи уйдёт, боевые действия прекратятся».

Саиф Каддафи: «Прекратятся? Нет, конечно. Их цель – не уход Каддафи, их цель – контроль над Ливией. А ливийцы им этого не позволят. Поэтому война будет продолжаться».

Мария Финошина: «Что вы думаете о войне в СМИ? Кто в ней побеждает?»

Саиф Каддафи: «В начале победили они. Особенно Аль-Джазира, потому что всё было спланировано заранее. «Каддафи уже в Венесуэле, режим пал, повстанцы заняли Триполи». Хаос был по всей стране, мы до сих пор страдаем от его последствий. Но теперь ливийцы отдают себе в этом отчёт. Как-то передавали, что ливийские военные корабли обстреливают порт Мизды. Мизда находится посреди пустыни! За 1000 километров отсюда на юг! Это чего такое, простите меня?

Совет Безопасности принял резолюцию против Ливии, основываясь на фальшивых сообщениях в СМИ о бомбёжках ливийской армией мирного населения в Триполи, в результате чего якобы погибло несколько тысяч человек». 

Мария Финошина: «Мы начали наш разговор с прошлого, позвольте мне закончить будущим. Известно, что вас не видят в политической жизни послевоенной Ливии, а в результате ордера на арест, выданного Международным Уголовным Судом, вы являетесь лицом в розыске по всему миру. Если смотреть на вещи реалистично – каковы будут ваши дальнейшие шаги?»

Саиф Каддафи: «Многие люди очень сердиты на меня, и они правы, когда говорят, что большие проблемы были инициированы моими друзьями. Но в то время я придерживался очень либеральных, мирных и толерантных взглядов, я и сейчас до известных пределов придерживаюсь мирных принципов. Я считал, что все ливийцы равны, что каждый имеет право делать то, что хочет. Затем вся нация узнала, что существует большой заговор против Ливии, организованный этими людьми. Поэтому все указали пальцем на меня из-за моей позиции терпимости по отношению к ним, поскольку они предали нашу страну, связавшись с иностранцами. Не забывайте, что я выпустил на свободу всех заключённых. Поэтому во всём обвиняют меня, мой толерантный подход».

Мария Финошина: «Как вы считаете - они правы?»

Саиф Каддафи: «Сказать откровенно, я был сверхтолерантным, наивным. Да».

Мария Финошина: «Теперь вы не так наивны?»

Саиф Каддафи: «Теперь нет».

Мария Финошина: «Что в вас изменилось?»

Саиф Каддафи: «Я не собираюсь повторять своих ошибок, я не собираюсь получать ударов от тех же подлецов. Я могу вас поцеловать, я могу вас простить, но я никогда не забуду того, что вы сделали. Все мои шаги будут просчитаны, исходя из полученного опыта».

Мария Финошина: «Как вы думаете, когда закончится этот кошмар?»

Саиф Каддафи: «НАТО и повстанцы спешат и хотят разделаться с нами как можно быстрее, потому что они подустали и хотят оторвать себе свой кусок пирога. Ливия для них – это ресторан быстрого питания, как Макдональдс. Всё быстро - быстрая война, быстрые самолёты, быстрые пули, быстрая победа. Но мы очень терпеливы, потому что мы у себя в стране. Это наша страна. Мы здесь живём, мы здесь умрём. Мы подождём – однажды французы вернутся к себе на Корсику, итальянцы -  к себе на Сицилию, датчане – в Данию, канадцы – в Торонто, а Ливия останется ливийцам».